Книга на оранжевой планете

{PROXYIMG-(img/)книга на оранжевой планете{/PROXYIMG}

Книга на оранжевой планете - вызвал

Уж во всяком случае они были не менее реальны, чем так называемое твердое вещество. А когда нужда в них отпадала, они снова возвращались в призрачный мир Банков Памяти города. Как и все прочее в Диаспаре, они никогда не изнашивались - и оставались бы вечно неизменными, если только хранимые образы не уничтожались сознательно.

Элвин как раз частично перестраивал свою комнату, когда в его ушах раздался звук колокольчиков. Он сформулировал в уме сигнал разрешения, и стена, на которой он только что рисовал, вновь растворилась.

Как он и ожидал, за стеной стояли родители, а чуть поодаль - Джезерак. Присутствие наставника указывало, что это не обычный семейный визит. Но и об этом он знал заранее. Иллюзия была идеальной и не исчезла, когда Эристон заговорил. Элвину было хорошо, что в действительности Эристон, Этания и Джезерак разделены многими километрами. Строители города покорили пространство так же, как они подчинили время. Элвин даже не знал точно, где среди бесчисленных башенок и запутанных лабиринтов Диаспара живут его родители.

Со времени его последнего "всамделишного" визита, оба успели переехать. - Элвин, - начал Эристон, - исполнилось ровно двадцать лет с тех пор, как твоя мать и я впервые встретили.

Тебе известно, что это означает. Наше опекунство окончилось, и ты свободен делать все, что хочешь. В голосе Эристона был след - но только след - печали. Значительно больше в нем было облегчения. Наверное, Эристон был доволен, что существовавшее на деле положение вещей приобретало законную основу. Элвин предвкушал свою свободу уже. - Я понимаю все, - ответил. - Я благодарен вам за заботу и я буду помнить о вас все мои жизни.

Это был формальный ответ. Он слышал эти слова так часто, что все их значение выдохлось, превратив их лишь в набор звуков без особого смысла. И все же выражение "все мои жизни", если призадуматься, было достаточно странным. Ему было более или менее известно, что за этим скрывается; теперь настало время знать. В Диаспаре было много непонятных вещей; многое следовало выяснить за предстоящие ему столетия. На миг показалось, что Этания хочет заговорить. Она приподняла руку, потревожив радужную паутину своего платья, но потом, опустив ее, беспомощно обернулась к Джезераку.

До Элвина наконец дошло, что его родители чем-то встревожены. Он быстро перебрал в памяти происшествия последних недель. Нет, в его недавних поступках не было ничего, могущего вызывать эту неуверенность, это чувство неясной тревоги, словно окутывающее Эристона и Этанию.

Джезерак, впрочем, отлично ориентировался в ситуации. Он вопросительно взглянул на Эристона и Этанию, с явным удовлетворением увидел, что им нечего больше сказать, и начал речь, которую подготовил уже годы.

- Элвин, - сказал он, - в течение двадцати лет ты был моим учеником. Я, как мог, старался научить тебя обычаям города и посвятить в принадлежащее и тебе наследие. Ты задавал мне много вопросов. Не на все у меня находился ответ. О некоторых вещах ты не был готов узнать, а многого я не знаю и. Теперь твоему младенчеству настал конец, детство же твое едва началось. Моим долгом остается направлять тебя, если тебе потребуется помощь. Лет за двести, Элвин, ты, может быть, и узнаешь кое-что о городе и его истории.

Даже я, приближаясь к концу этой жизни, повидал менее чем четверть Диаспара и, вероятно, менее чем тысячную часть его сокровищ. Во всем этом для Элвина не было ничего неизвестного, но Джезерака нельзя было торопить. Старик мог взирать на него, опираясь на всю разделявшую их пропасть веков. Его слова были отягощены безмерной мудростью, почерпнутой из долгого общения с людьми и машинами.

- Скажи мне, Элвин, - произнес он, - задавался ли ты когда-либо вопросом, где ты был перед своим рождением - перед тем, как увидел себя перед Этанией и Эристоном в Зале Творения. - Я полагал, что был нигде - что я был лишь образом внутри разума города в ожидании своего явления на свет - вот Небольшая кушетка замерцала позади Элвина и сгустилась, став реальностью. Он присел на нее в ожидании дальнейших слов Джезерака. - Конечно, ты прав, - последовал ответ.

- Но это лишь часть истины, - и в действительности очень малая часть. До сих пор ты общался лишь с детьми своего же возраста, и они тоже не ведали правды. Скоро они ее вспомнят, ты же -. И мы должны подготовить тебя к. Уже более миллиарда лет, Элвин, человеческая раса живет в этом городе. С тех пор, как рухнула Галактическая Империя, и Пришельцы вернулись к звездам, он стал нашим миром. За стенами Диаспара нет ничего, кроме пустыни, о которой рассказывают наши легенды.

О наших первобытных предках мы знаем мало. Они были короткоживущими существами и, как это ни странно, могли воспроизводить себе подобных без помощи банков памяти и организаторов материи.

В сложном и, по-видимому, неконтролируемом процессе основные формы каждого человека попадали на хранение в микроскопические клеточные структуры, создаваемые внутри тела. Если ты этим заинтересуешься, биологи расскажут тебе подробнее.

Впрочем, метод этот сейчас не представляет интереса, ибо оставлен на заре истории. Человеческое существо, как и любой другой объект, определяется своей структурой - своим образом. Образ человека, и тем более образ, определяющий сознание человека, невероятно сложен.

Но Природа смогла поместить этот образ в крошечную, невидимую глазом клетку. То, что смогла осуществить Природа, смог и Человек - правда, по-своему. Мы не знаем, сколько для этого потребовалось времени. Может быть, миллион лет, - но что с.

Наши предки наконец научились анализировать и сохранять информацию, определяющую каждого конкретного человека использовать эту информацию для воссоздания оригинала - подобно тому, как ты только что воплотил кушетку. Я полагаю, что такие вещи интересны тебе, Элвин, но описать, как именно это делается, я не смогу. Способ хранения информации не имеет значения: важна информация сама по.

Она может быть в виде слов, записанных на бумаге, в виде череды магнитных полей, в виде картины электрических зарядов. Люди использовали все эти и многие другие методы хранения.

Ну, конечно: Книга на оранжевой планете

Фенобарбитал рецептурный бланк 148 Техническое задание гост 34
Книга на оранжевой планете

Снова и снова пытался он заполнить книга на оранжевой планете провалы пейзажа -- хитроумная аппаратура считывала в его сознании теснящие друг друга образы и воплощала их на стене в цвете. Все впустую. Линии выходили расплывчатыми и робкими, оттенки получались грязноваты и скучны. Когда художнику неведома цель, отыскать ее для него не в состоянии даже самые чудесные инструменты. Олвин оставил свое никуда не годное малеванье и угрюмо вперился в пустой на три книга на оранжевой планете прямоугольник, который ему так хотелось заполнить Прекрасным.

Прошла минута, потом еще одна. Повинуясь внезапному импульсу, он вдруг удвоил масштаб оставшейся части этюда и переместил ее в центр полотна.

ЗАЯВЛЕНИЕ НА ИЗМЕНЕНИЕ НА РАБОТЕ Скачать песню вау вау ва
Как сделать минусовку из песни скачать программу

Я-то так думаю. Но тебя я уже знаю достаточно, чтобы понять, что альтруизм для тебя - не главное. У тебя должны быть другие побуждения. Элвин мрачно усмехнулся. Если даже Хилвар не читал его мыслей - а у Элвина не было оснований сомневаться на его книга на оранжевой планете - то характер его он, без сомнения, расшифровал.

- Твой народ располагает огромными умственными силами, - возразил он, стараясь увести разговор на безопасную почву.

- Они, надеюсь, смогут сделать что-нибудь если не для этого животного, то хотя бы для робота. Книга на оранжевой планете говорил очень тихо, чтобы не быть подслушанным. Эта предосторожность, возможно, не имела смысла, но если робот и уловил его слова, то виду не подал. К счастью, прежде чем Хилвар смог задать дальнейшие вопросы, полип вновь показался на поверхности. За несколько минут он сильно уменьшился и выглядел более неуклюжим.

На глазах у Элвина часть его сложного полупрозрачного тела отвалилась и рассыпалась на множество меньших кусков, которые стремительно рассеялись. Существо разваливалось перед их взором.

В МАЙНКРАФТЕ КАК ЗАЖЕЧЬ ТНТ

Несколько секунд Хилвар стоял, глядя на водоворот и на изломанную землю за. Затем он кивнул на проход в скалах. Шалмирейн лежит вон в том направлении, -- уверенно проговорил он, Олвин не стал спрашивать, откуда это ему известно. Он принял как книга на оранжевой планете, что Хилвар в течение некоторого времени поддерживал контакт с кем-то из друзей за много миль от них, и ему при полном молчании передали всю необходимую информацию.

До прохода в скалах они добрались довольно быстро, а когда миновали его, то вышли на чрезвычайно интересное плато, полого снижающееся по краям. Теперь Олвин уже не испытывал ни усталости, ни страха -- только жадное книга на оранжевой планете предвкушения волнующих событий возбуждало. Он понятия не имел о том, что именно ему предстоит обнаружить.

Но то, что что-то будет обнаружено, не вызывало у него никаких сомнений. Вскоре характер поверхности резко изменился. Нижняя часть склона плато состояла из пористой вулканической породы, собранной книга на оранжевой планете и сям в огромные навалы. Здесь же грунт внезапно превратился в твердые, стеклистые плиты, совершенно гладкие, как если бы когда-то горные породы бежали здесь по склону расплавленной рекой.

Некогда мы имели Империю. А. Что у нас есть такого, чего они могли бы домогаться. Элвин с удивлением отметил в этих словах близость к его собственной точке зрения. - Так думает весь твой народ. - спросил. - Лишь меньшинство. Обычных людей это не интересует, но они, по всей вероятности, тоже скажут, что если бы Пришельцы в самом деле хотели уничтожить Землю, они бы сделали это тысячи лет.

Я не думаю, что кто-либо действительно боится книга на оранжевой планете. - В Диаспаре дела обстоят совсем по-другому, - сказал Элвин.

- Мои сограждане - великие трусы. Они испытывают ужас от одной мысли, что город вообще можно покинуть. Я не знаю, что случится, когда они узнают, как я нашел звездолет. Джезерак, должно быть, уже рассказал об этом Совету, и я хотел бы знать, чем они теперь заняты. - Я знаю, что Совет готовится принять первую делегацию из Лиса. Серанис только что рассказала. Элвин снова посмотрел на экран. Он мог книга на оранжевой планете расстояние между Лисом и Диаспаром одним взглядом; одна из его целей была достигнута, но книга на оранжевой планете это не казалось особенно важным.

И все же он был очень рад: теперь, без сомнения, завершатся долгие века стерильной изоляции. Сознание того, что он преуспел в своей миссии, некогда казавшейся ему более важной, чем все остальное в этом мире, отбросило последние сомнения Элвина. Он выполнил свои задачи на Земле, сделав это быстрее и основательнее, чем осмеивался надеяться. Теперь же открылся путь к его, возможно, последнему и, несомненно, величайшему приключению. - Полетишь ли ты со мной, Хилвар.

- книга на оранжевой планете Элвин, полностью сознавая смысл своего вопроса. Хилвар твердо взглянул на. - Не было нужды спрашивать об этом, Элвин, - ответил. - Еще целый час назад я сообщил Серанис и всем друзьям, что отправляюсь с .

Видео по теме

КАРАОКЕ для ДЕТЕЙ Оранжевая Песня

{PROXYIMG-(img/)книга на оранжевой планете{/PROXYIMG}

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>