Скачать презентации живопись

{PROXYIMG-(img/)скачать презентации живопись{/PROXYIMG}

Видео по теме

Презентация на тему Живопись Испании. Франсиско Гойя (1746-1828)

Поэтому важно было сделать так, чтобы робот не услышал слов Элвина, обращенных к Центральному Компьютеру. - Можешь ли ты устроить зону неслышимости. - спросил Тут же его охватило безошибочное "мертвое" чувство, вызванное полной блокировкой всех звуков при попадании в такую зону.

Голос Компьютера, теперь странно безжизненный и зловещий, - Теперь нас никто не услышит. Говори, что ты хотел сообщить. Элвин бросил взгляд на робота: тот не сдвинулся с места. Возможно, робот ничего не подозревал, и Элвин совершенно ошибался, воображая, что у того есть собственные замыслы. Он, может быть, последовал за ним в Диаспар как верный, доверчивый слуга, и тогда действия Элвина выглядели как проявление недоверия и неблагодарности.

- Ты слышал, как я повстречал этого робота, - начал Элвин. - Он может обладать бесценными сведениями о прошлом, скачать презентации живопись до тех времен, когда скачать презентации живопись нам город еще не существовал. Не исключено, что он в состоянии скачать презентации живопись нам о других мирах, скачать презентации живопись Земли, ибо сопровождал Учителя в его странствиях. К несчастью, речевые схемы робота заблокированы. Я не знаю, насколько эффективна эта блокировка, но хочу попросить тебя Его голос звучал мертво и пусто в зоне молчания: все слова поглощались, не давая отзвуков.

В этой невидимой, лишенной резонанса сфере он ждал, пока его просьба будет исполнена или отвергнута. - Твое обращение включает две проблемы, - скачать презентации живопись Компьютер.

- Одна из них моральная, другая - техническая. Этот робот был создан, чтобы повиноваться командам скачать презентации живопись человека. Какое право имею я отменить их, даже если это в моих Элвин ждал подобного вопроса и заготовил на него сразу несколько ответов.

- Мы не знаем, в чем именно заключался запрет Учителя, - возразил. - Если ты можешь общаться с роботом, то тебе, вероятно. удастся убедить его, что обстоятельства изменились, и необходимость в молчании отпала.

Этот подход был, конечно, очевиден. Скачать презентации живопись и сам пытался прибегнуть к нему, но надеялся, что безграничные умственные ресурсы Центрального Компьютера позволят тому добиться большего - Это полностью определяется природой блокировки, - последовал ответ. - Можно установить такой блок, что возня с ним сотрет все содержимое ячеек памяти. Впрочем, я не думаю, чтоб Учитель обладал скачать презентации живопись опытом для такой операции, требующей специальных методов.

Я спрошу у твоей машины, есть ли в ее блоках памяти стирающий контур. - Но ведь может случиться и так, - воскликнул Элвин, внезапно встревожившись, - что стирание памяти произойдет просто от самого вопроса о таком контуре.

- Для подобных случаев имеется стандартная процедура, которой я и последую. Я буду давать вторичные команды, указывая машине, что мой вопрос следует игнорировать при возникновении такой ситуации. Подобным методом ее можно будет втянуть в логический парадокс, так что независимо от того, ответит ли она мне или промолчит - все равно ей придется нарушить инструкции.

В аналогичных случаях все роботы в целях самозащиты поступают одинаково. Они сбрасывают свои входные контуры и ведут себя так, словно никакого вопроса им никто не задавал. Элвин был не рад, что затронул эту тему, и после некоторой внутренней борьбы решил принять ту же тактику - сделать вид, что он не задавал никакого вопроса. Во всяком случае, он был уверен хотя бы в том, что Центральный Компьютер вполне готов скачать презентации живопись со всеми ловушками, которые могли быть расставлены в блоках памяти робота.

Элвин совсем не желал, чтобы машина превратилась в груду хлама; тогда он с гораздо большей охотой вернул бы ее в Шалмирану со всеми нетронутыми Со всем терпением, на которое он был способен, Элвин ждал окончания безмолвной, неощутимой встречи двух интеллектов. Это был контакт между двумя разумами, сотворенными человеческим гением в золотую эпоху его величайших достижений.

Скачать презентации живопись - день этот

Лица большинства из них были ему знакомы, многих он знал и по именам, и на какой-то момент ему захотелось принять участие в их забаве. Но затем тайна, которую он нес в себе, взяла свое, и он удовольствовался ролью наблюдателя. Развитие тел не позволяло судить, кто из этих молодых граждан вышел из Зала Творения в нынешнем году, а кто жил в Диаспаре уже столь же долго, сколь и Олвин. Хотя все они сильно разнились по росту и весу, с их возрастом это никак не соотносилось, просто -- люди рождались уже вот такими, и, хотя больший рост, в общем, означал, что человек этот старше других, это было не слишком-то надежным правилом для определения возраста, если только речь не шла о прожитых столетиях.

О возрасте куда проще было судить по лицу. Некоторых из новорожденных, хотя они и были ростом выше Олвина, отмечала печать незрелости: на их лицах все еще проглядывало восхищенное изумление миром, в котором они обнаружили себя, миром, который в мгновение ока произвел их на свет.

Было как-то странно знать, что в их сознании глубоким, непотревоженным сном спала бесконечная череда жизней, воспоминание о которых скоро пробудится; Олвин завидовал им и в то же самое время не был уверен, что тут стоит чему-то завидовать, Самое первое существование каждого было драгоценнейшим даром, которому уже никогда не повториться.

Это было восхитительно -- наблюдать жизнь впервые, словно бы в свежести рассвета. Если бы только найти других, таких же, как он сам, с ком он мог бы разделить свои мысли и чувства. И тем не менее физический его облик был создан точь-в-точь в тех же формах, что и у этих детей, играющих в воде. За миллиард лет, протекших со времени создания Диаспара, человеческое тело не изменилось, в сущности, ни на йоту, поскольку основы его конструкции были навечно вморожены в Хранилища Памяти города.

И все же оно отличалось от своей первоначальной, примитивной формы, пусть даже большая часть отличий была внутреннего характера и увидеть их было. В ходе долгой своей истории человек не раз перестраивал себя, стремясь избавиться от болезней, средоточием которых когда-то была его Такие ненужные принадлежности, как ногти и зубы, исчезли.

Волосы сохранились лишь на голове, на теле же от них не осталось и следа, Но больше всего человека Эпохи Рассвета поразило бы, пожалуй, необъяснимое отсутствие пупка. Это дало бы ему обильную пишу для размышлений, и с первого взгляда он был бы немало озадачен проблемой -- как отличить мужчину от женщины Быть может, он был бы даже склонен полагать, что этого различия больше не существует, и это стало бы его серьезной ошибкой. В соответствующих обстоятельствах существование сильного пола сомнений не вызывало.

Все дело в том, что отличительные черты пола, когда в них не было необходимости, принимали куда более скромные формы.

Конечно, воспроизведение перестало быть функцией тела, будучи делом слишком серьезным, чтобы его можно было отдать игре случая, в которой те или иные хромосомы выпадали, будто при игре в кости. И все же, хотя зачатие и рождение уже совершенно изгладились из человеческой памяти, физическая любовь продолжала жить.

Даже в древности едва ли какая-то сотая часть сексуальной активности человека падала на процессы воспроизведения. Исчезновение этого единственного процента изменило рисунок человеческого общества и значение таких слов, как отец и мать, но влечение сохранилось, хотя теперь удовлетворение его преследовало цель ничуть не более глубокую, нежели любое другое чувственное наслаждение.

Олвин покинул своих резвящимся сверстников и пошел дальше, к центру Парка. Он ступал по едва намеченным тропинкам, которые, пересекаясь, вились сквозь низкорослый кустарник и время от времени ныряли в узкие расщелины между огромными, обросшими лишайником валунами.

В одном месте он поравнялся с какой-то маленькой машиной многогранной формы, парившей в кроне дерева. Никто не знал, сколько разновидностей роботов существует в Диаспаре: они старались не попадаться людям на глаза и занимались своим делом настолько споро, что увидеть изредка даже хотя бы одного из них было событием весьма Наконец поверхность почвы снова стала подниматься -- Олвин приближался к небольшому холму, расположенному точно в центре Парка и, следовательно,-- и самого города.

Идти здесь стало легче, и ему уже ясно была видна вершина холма и венчавшее ее здание простых очертаний. К тому моменту, когда Олвин достиг цели, он несколько запыхался и был рад возможности прислониться к одной из розовых колонн, передохнуть и окинуть взглядом путь, которым он сюда добрался.

Существует несколько архитектурных форм, которые не подвержены изменениям, потому что являют собой совершенство. Усыпальница Ярлана Зея могла бы быть возведена и строителями храмов самых первых цивилизаций из всех известных человечеству, хотя они даже отдаленно не смогли бы себе представить, из какого материала она выстроена. Потолок усыпальницы растворялся в небо, а единственный ее зал выстилали плиты, которые только на беглый взгляд казались вытесанными из камня. В течение многих геологических эпох люди истирали ногами этот пол и так и не оставили на нем ни малейшего следа -- столь непостижимо тверд был материал плит.

Создатель этого огромного парка (а также, как утверждали некоторые,-- строитель и самого города) сидел, слегка опустив глаза, словно бы изучая какие-то чертежи, расстеленные у него на коленях, Странное, ускользающее выражение его лица ставило в тупик мир на протяжении долгой череды поколений.

Одни приписывали это всего лишь праздной причуде скульптора, но иным представлялось, будто Ярлан Зей улыбается какой-то тайной своей Да и само по себе все это сооружение было окутано пеленой тайны, потому что в анналах города о нем нельзя было отыскать ни строчки, Олвин не был даже особенно уверен в том, что означало само слово усыпальница; возможно, что это ему мог бы разъяснить Джизирак, любивший коллекционировать устаревшие слова и уснащать ими речь к полному смущению собеседника.

Со своей удобной наблюдательной позиции Олвин мог поверх крон кинуть взгляд на город. Ближайшие здания отстояли от него почти на две мили, образуя вокруг Парка низкое кольцо.

За ними, ряд за рядом, наращивая высоту, вздымались башни и террасы -- собственно, они-то и составляли город. Миля за милей простирались они, медленно карабкаясь к небу, их формы все усложнялись, они поражали воображение своей монументальностью, Диаспар был спланирован как единство -- это была одна могучая машина, Но хотя уже и сам его облик ошеломлял сложностью, она лишь намекала на те чудеса техники, без которых все эти огромные здания были бы лишь безжизненными гробницами.

Олвин пристально всматривался в границы своего мира. Милях в двадцати -- там детали очертаний уже скрадывало расстояние -- проходили внешние обводы этой крепости, и на них, казалось, покоился уже сам небесный свод. За ними не было ничего -- совсем ничего, разве что тягостная пустота песков, в которой человек -- поговаривали -- быстро сходил с ума.

Тогда почему же эта пустота влекла его так, как ни одного из окружающих его людей. Олвин никак не мог этого понять. Он все смотрел и смотрел на разноцветные шпили, на зубцы башен, которые теперь заключали в своих объятиях весь человеческий дом, -- словно искал в них ответа на свое недоумение и тревогу. Ответа не. Но в эти мгновения, когда сердце Олвина тянулось к недоступному, он принял решение, Теперь он знал, чему посвятить жизнь. Джизирак оказался не слишком-то полезен, хотя и проявил большую готовность помочь, чего Олвин все-таки не ожидал.

За долгую карьеру ментора Джизираку не раз уже задавали похожие вопросы, и ему как-то не верилось, что даже такой Неповторимый, как Олвин, мог бы сильно удивить его или поставить перед проблемами, которых он не сумел бы разрешить.

Правда, Олвин уже начал проявлять кое-какие черты эксцентрической личности, которые впоследствии могли бы потребовать исправления. Он не принимал в должной мере участия в необыкновенно сложной социальной жизни города и в фантастических затеях своих товарищей. Не выказывал он большого интереса и к горным полетам мысли; впрочем, в его возрасте это едва ли было чем-то необычным. Куда более примечательной представлялась его беспорядочная любовная жизнь.

Конечно, трудно было ожидать, чтобы он установил относительно стабильные отношения с девушками на протяжении еще, по меньшей мере, столетия, и тем не менее мимолетность его увлечений была уже широко известна. Пока они длились, увлечения эти были всепоглощающи, однако ни одна из связей не прололжалась долее нескольких недель, Похоже было, что в каждый данный отрезок времени Олвин мог глубоко заинтересоваться лишь чем-то одним.

Бывали периоды, когда он очертя голову кидался в любовные игры своих сверстников или на несколько дней исчезал с очередной подружкой. Но как только это настроение у него проходило, наступала долгая полоса, когда ему, казалось, было абсолютно наплевать на то, что должно бы было составлять главное занятие в его возрасте.

Быть может, это было не слишком хорошо и для него самого, но уж, вне всякого сомнения, совсем не устраивало покинутых им девушек, потерянно слонявшихся по городу. После Олвина им требовался слишком уж долгий срок, чтобы обрести утешение где-нибудь в другом месте.

Как обратил внимание Джизирак, Алистра сейчас как раз вступила в эту несчастную И дело было вовсе не в том, что Олвину не хватало сердца или заинтересованности, Просто в любви, как и во всем остальном, он, похоже, стремился к цели, которую Диаспар не мог ему указать. Эти черточки характера мальчика не слишком тревожили Джизирака. От Неповторимого вполне можно было ожидать именно такого вот поведения, но в должный срок Олвин конечно же воспримет существующий в городе образ жизни. Ни один индивидуум, как бы эксцентричен, как бы талантлив он ни был, не сумел бы оказать возмущающего влияния на колоссальную инерцию общества, которое оставалось неизменным на протяжении более чем миллиарда лет.

Джизирак не просто свято верил в эту стабильность. Ничего иного он и помыслить себе не. -- Проблема, волнующая тебя, очень стара,-- говаривал Джизирак Олвину. -- Но ты удивишься, узнав, какое множество людей принимает этот мир как нечто само собой разумеющееся -- и до такой степени, что проблема эта никогда не только пе тревожит их, но и в голову-то им не приходит.

Верно, было время -- человечество занимало пространство, бесконечно большее, нежели этот город. Отчасти ты знаком с тем, чем была Земля до той поры, пока не восторжествовала пустыня и не исчезли океаны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>